Севастопольская газета // Скромный поисковик Сергиенко

25.02.2009 Выкл. Автор admin

Владимир Сергиенко

Пропавших без вести на войне сегодня уже никто не ждет. По старым адресам никто не проживает. А их могилы застраивают дачами, бульдозеры ровняют с землей. Но отряды поисковиков, несмотря на трудности, продолжают искать безымянные останки, устанавливают имена, пишут родственникам по адресам 60-летней давности. «СГ» встретилась с самым почетным и уважаемым поисковиком Севастополя, руководителем Балаклавского отряда «Подвиг» Владимиром Сергиенко.

Своя война В.Сергиенко родился в с.Оборонное, по-старому — Камары. Говорит, что не довезли до роддома в Балаклаву, появился на свет прямо в лесу. Мальчику было десять лет, когда началась Великая Отечественная. Тем не менее воспоминания первого авианалета хранит в памяти прочно. Рассказывает медленно, как бы постепенно описывая стоящую перед глазами картину. «Объявили воздушную тревогу. Все жители села спрятались в подвал одного из домов, а нам места не хватило. Отец, мать и мы, четверо детей, укрылись за большой бочкой, рядом с входом. Вдруг из подвала выбежала девушка с длинной косой и стала считать самолеты по гулу, нарастающему из-за гор со стороны Ялты. Посчитала и говорит: «Считайте, нас уже нет. Летит 18 бомбардировщиков в сопровождении 9 истребителей». Тут на открытые участки выбежали матросы-краснофлотцы, которые уже были в деревне. Видимо, это был первый налет на их позиции. И давай из винтовок и пулеметов стрелять по самолетам! Пять бомбардировщиков полетели в сторону высоты 164,9. Там, кстати, до сих пор огромные воронки, так и не заросшие ни травой, ни кустарником. А 13 оставшихся самолетов сбросили 13 бомб. Отцу осколком авиабомбы распороло живот. Как сейчас помню: он схватился за живот и крикнул матери: «Спасай детей и себя. А меня уже нет». Мать оказалась ранена в колено. Полный сапог крови уже натек. Но тут самолеты улетели. Подбегают санитары брать раненых. А немецкие пулеметчики, снайперы открыли огонь с высот. Мама не успела убежать до медсанбата, что был на окраине села. Спряталась в копну сена. Туда попала трассирующая пуля и сухая трава загорелась. В это время восточная стена подвала, где все прятались, вывалилась, начался пожар. Девушку, которая бросилась его тушить, разорвало пополам взрывной волной. Дальше все уже прыгали через нее. Я ухватился за чью-то юбку, думая, что это мамина. Помню, как эта юбка меня тащит, тащит. Так оказались в блиндаже. А матери нет. Ее нашли санитары, оказали помощь», — вспоминает В.Сергиенко.

С чего начинается «Подвиг»?

После войны приказом Сталина все пропавшие без вести приравнивались к дезертирам, врагам народа. Поэтому поначалу поисковая работа в широких масштабах и не велась. Хотя были живы однополчане, которые бы могли указать, где находятся останки их погибших товарищей. Ветераны, наверное, помогли бы установить их личности. Но этого не было. Поисковая деятельность В.Сергиенко началась в 60-е годы, когда через 15-20 лет после окончания войны в Оборонное стали приезжать люди со всего Советского Союза с просьбой показать место захоронения их погибших близких. Мол, нам пришла похоронка, что наш родственник погиб здесь, в окрестностях села Камары. А на территории Камарского военного Совета — пять военных кладбищ. Куда послать людей? Так возник поисковый отряд «Подвиг». Когда начались первые раскопки, ребята обнаружили, что погибшие так и лежат на боевых позициях, просто присыпаны землей.

Поисковая работа и опасна…

В.Сергиенко — очень скромный человек. Жалуется, что успех поисковиков СМИ обычно спешат приписать исключительно ему. Но он только направляет поисковую деятельность. Настоящие герои — его ребята. Вспоминает, как в 90-е годы вели поиски на Мекензиевых горах. Все началось с приглашения друга, который предложил показать, сколько там находится останков. Их оказалось столько, что волосы дыбом вставали. Погибшие лежали просто присыпанные землей и опавшей за 50 лет листвой. Лесники, егеря признавались, что они с 44-го года куда только не обращались. «Тогда мы сформировали поисковый отряд из наших ребят и учащихся Севастопольского медучилища им. Жени Дерюгиной, — вспоминает В.Сергиенко. — И эти девчонки, будущие медработники, выносили останки охапками. Черноморский саперный батальон выделил нам десять грузовиков. Вот эти машины выстроились на огромной поляне, а там уже установлено около сотни гробов. Похоронили их на Северной стороне». Работа поисковиков очень опасная. Часто находят не сработавшие снаряды. К примеру, в прошлом году в районе с.Флотского найдено пять артиллерийских снарядов калибра 152 мм и две авиабомбы весом 250 кг. В районе высоты 164,9, что рядом с Оборонным, Анатолий Кромин обнаружил авиабомбу. Командир балаклавского отряда Юрий Вишняков, поисковики Андрей Богачук, Владимир Буренин и Дмитрий Коновалов тоже сделали немало опасных находок. В результате 40-летней работы «Подвиг» нашел около пяти тысяч боеприпасов. К счастью, ни разу не было случая, чтобы кто-то подорвался. Прямо рядом с домом В.Сергиенко собраны обезвреженные боеприпасы: мины, гранаты, снаряды, корпус авиабомбы, взрыватели. Это помогает учить ребят уметь их замечать и различать. Так что если кто обнаруживает торчащий из земли кусочек металла, сразу может определить по его форме, что это. После чего поисковики вызывают саперов. В последнее время В.Сергиенко занимался систематизацией воинов 128-й Туркестанской дивизии. При освобождении Севастополя она находилась в резерве в Байдарской долине. Когда наши части стали терпеть сильное сопротивление немецких воинов в районе 35-й батареи, на мысе Херсонес, дивизию бросили туда на помощь. И там за пару дней, 10-11 мая и полдня 12-го погибли почти все. У Владимира на руках есть конкретные данные. О них есть все сведения: имя, возраст, адреса родственников, но где и когда похоронен, нет. В Книге Памяти очень многие так и числятся: «Погиб 10, 11, 12 мая». В результате добровольной поисковой работы, которую выполнили Ирина и Виктор Орещенко, получена более точная информация. В.Сергиенко собирался передать новые данные для седьмого тома Книги Памяти, как внезапно заболел.

… и трудна

Обнаружить останки — еще половина задачи. Важно установить имена и найти родственников. Это невероятно трудно, поскольку искать приходится по адресам 1940-х годов, которые В.Сергиенко получил, работая внештатным сотрудником архива Балаклавского военкомата. Так, к примеру, как-то с помощниками написал 582 запроса. Из них 125 писем вернулись назад с пометками: «Адресат не проживает», «Деревня не существует», «Такой улицы нет» или «Хутор снесен». Поисковик рассказывает типичный пример, как ищутся данные о найденных останках. Как-то бывшему работнику Балаклавского военкомата Александру Губареву принесли солдатский медальон с запиской внутри, найденный на 2-м кордоне на Мекензиевых горах. Удалось установить, что медальон принадлежал некоему Гаевскому, который призывался из Краснодара с ул.Гоголя. Поисковики дали запрос в Краснодарский облвоенкомат и Министерство обороны РФ. Военком ответил, что такого дома в данный момент не существует. Сейчас там находится торговое сооружение. Позже ответили из Министерства: Гаевский в списках погибших, умерших от ран, и пропавших без вести не значится. Другой пример с более счастливым концом. Зенитчик-дальномерщик 880-го зенитно-артиллерийского полка Приморской армии Алексей Киселев отходил с западных границ. Из Одессы их эвакуировали в Севастополь. Дальнейшая судьба была неизвестна его родственникам. Его сестра Конкордия Киселева, проживающая в Москве, сделала запрос в Министерство обороны. Ей ответили, что брат в списках не значится. Тем временем севастопольские поисковики вышли на сестру и запросили какой-нибудь полевой документ: фронтовое письмо с номером почты, или справку. Она прислала подлинную справку о том, что А.Г.Киселев находился в составе действующей армии, в составе 880-го полка. Удалось разыскать однополчан, которые рассказали, что А.Киселев последним зенитным снарядом подбил немецкий танк, а потом схватил винтовку и пошел в рукопашную. Это было в районе м.Херсонес или даже в Камышовой бухты. В итоге Министерство обороны занесло его в списки пропавших без вести. И то в качестве исключения, потому что донесения о гибели не поступало.

До сих пор безымянные

По словам В.Сергиенко, ни в одном государстве так плохо не поставлен вопрос по увековечиванию своих защитников. Места захоронения известны, а кто именно захоронен там — нет. К примеру, на северной окраине кладбища с.Оборонное значится 1233 воина и полторы тысячи безымянных солдат. Государством не увековечено ни одного, почти все — силами поисковиков. А если и есть на могилах памятники или обелиски, то, как правило, они установлены сразу после войны однополчанами погибших. Как рассказал В.Сергиенко, он неоднократно предлагал сформировать компетентную комиссию. Поскольку в окрестностях Севастополя исследовано лишь 25 мест захоронений. Там — 14 тысяч 556 человек. Из них увековечено чуть больше трех тысяч. Остальные лежат безымянными. «Нужна комиссия. Надо все объехать, осмотреть, сфотографировать и принять решение», — считает поисковик. Пока четкого реестра нет, земли мест бывших боев распродаются под дачи, заваливаются строительным мусором, распахиваются под сельхозугодья. Найденные останки защитников Севастополя просто выкидываются на свалку, а обнаруженные ордена и нагрудные медальоны становятся достоянием черных археологов. Поисковики не ждут помощи, все стараются делать собственными силами. Когда посторонние видят, как они бескорыстно работают, сами стараются помочь. Одни выделяют небольшие суммы денежных вознаграждений, другие дарят рубашки, третьи — инвентарь.

Предложение «СГ»

Многие, кто хорошо знаком с В.Сергиенко, рассказывают о его плачевных жилищных условиях. Хотя, как признается сам наш герой, он не привык хлопотать о себе.

Возможно, жилищный вопрос сейчас решить нелегко. «СГ» кажется более осуществимо другое. Предлагаем выдвинуть кандидатуру Владимира Сергиенко на звание «Почетный гражданин Севастополя». По мнению редакции, это практически единственный человек в городе, столько сделавший по увековечиванию славной героической истории Севастополя, при этом ничего не требуя взамен.

Просмотров: 89

Директор Музея героической обороны и освобождения Севастополя Александр Рудометов: — Это фанат своего дела. Всю жизнь он посвятил поиску и увековечиванию памяти погибших на войне. В результате чего сначала в клубе села Оборонное, потом в Хмельницком появился музей. Это, конечно, не музей в строгом понимании Закона Украины «О музеях и музейном деле»: здесь нет штатной единицы, нет научного сотрудника. Владимир Емельянович заведует клубом и музеем одновременно. Но в военно-патриотическом воспитании сельской молодежи музей играет большую роль. Поисковая работа Сергиенко помогла в создании Книги Памяти.

Сопредседатель форума «Общественное признание» Валерий Володин:

— В 2007 году Владимир Сергиенко стал лауреатом форума «Общественное признание» в номинации «За вклад в сохранение истории и патриотическое воспитание севастопольцев». Можно сказать, что весь второй сектор обороны — от Балаклавы до Сахарной головки — на нем и его поисковом отряде. Сергиенко с ребятами раскапывают, ищут и проводят захоронения. Насколько я лично знаю Владимира Емельяновича, могу сказать, что он малоразговорчивый, скромный, но очень отзывчивый человек. Всегда откликается на просьбу, особенно если его пригласить на встречу с молодежью. Сам замечал, как все моментально затихают, стоит ему выйти на сцену и начать говорить. Он всегда говорит от души, от себя, поэтому получается очень вдохновенно и интересно. Молодежь слушает, затаив дыхание.

Председатель Севастопольского объединения поисковых отрядов «Долг» Марина Гавриленко:

— Для него поисковая работа не просто увлечение, а цель жизни. Поэтому такая высокая результативность. Заниматься поиском без вести пропавших 60 лет назад людей всегда нелегко. Все делается только на энтузиазме. За это не платят деньги. А сейчас еще и добавили бюрократические трудности. Почему-то поисковиков приравняли к археологам. Поэтому, чтобы заниматься поисковой деятельностью, нужно получить разрешающие документы в Министерстве культуры Украины, что в Киеве. Наш местный отдел по сохранению культурного наследия при Управлении культуры СГГА нас просто игнорирует.

Председатель Севастопольского Морского собрания Владимир Стефановский:

— Неоднократно обращался к городским властям о предоставлении жилья заслуженному работнику культуры Украины, завмузеем Приморской армии, председателю общественной поисковой организации «Подвиг», инвалиду и жертве войны Владимиру Емельяновичу Сергиенко. Он одной рукой извлекает останки забытых защитников города и государства, пилит дрова для отопления сарая, в котором проживает со дня окончания войны.